Премьеру свежей части самого масштабного документального фильма «Рожденные в СССР» представляет телеканал — Россия 1.

Проект приступили снимать за один год до распада СССР (Советский Союз). В 1-ой серии фильма рассказывали, как воспринимают сейчас мир и случающиеся в нем перемены 7-ие дети. Всего детей — 20 человек. Во второй серии детям было уже по четырнадцать лет, а в 3-ей им уже по 21-му году. Сейчас завершили работу над 4-ой серией.

Это кино про эпоху надежд, предчувствий и разрушений. В одна тысяча девяностом году Антону было еще только семь лет, а по Красной площади в Москве седьмого ноября еще ходили объединенные ряды демонстрантов.

Это кино снимали больше 20-ти лет. Каждый герой этого фильма взвешивал свою личную жизнь и повествовал о ней сперва в 7 лет, потом говорил в 14 лет, а затем уже в 21 год. И сейчас, когда им по двадцать восемь лет. Увидев их лица, прислушиваясь в интонации, уразумеваешь, как это становится совсем другим.

«Мне по душе это поколение тем, что это поколение не ищет виновных, — подметил режиссер документального фильма Сергей Мирошниченко. — В целом, что произошло со мной, я стану винить только самого себя, заявляют герои».

Рожденные в СССР и не успевшие в этой стране пожить, сейчас они стали гражданами России, Израиля, Литвы, Киргизии, Грузии. Кто-то вообще считает своей родиной не одну страну, а весь мир.

«У меня к людям есть претензия, которые раньше брались за политику. Мне почудилось, что они позабыли про обычных людей. Для них были громадные системы, материи, пространства», — считает Сергей Мирошниченко.

Герои испытали на себе революцию. Революция это когда нет бензина, в каждого прохожего человека могут выстрелить, это когда мародеры могут разграбить любой магазин. Жизнь вкруг может измениться быстрее, чем когда успеваешь приспособиться к перемене. Сергей Мирошниченко задал вопрос своей маме, чего бы она хотела пожелать героям фильма, мама Сергея Мирошниченко, не задумываясь, ответила: как можно меньше перемен.

«Любые перемены — это покачивание маятника: духовного, нравственного, умственного. Она сказала, я видала человека, который вошел в трамвай (транспорт) обнаженный и накатал: «Долой стыд!», — поведал Сергей Мирошниченко.

В документальном фильме нет полемического азарта. Он не пытается оценить события, деятелей в политике — их там просто вовсе нет. Документальное кино заколдовывает тем, что дает возможность увидеть жизнь, которая совсем заблудилась из-за мелкой суеты крупных свершений.